Страница обновлена 08.08.2017

 

Куницына Анна
Березниковскоя ООШ

 

       Семья…Проходили века и тысячелетия, менялись государства и народы, но семья существовала всегда. Из семей как из клеток  - организм, строилось человеческое общество.  И очень важно, знать, как жили семьи раньше, что позволяло им преодолевать трудности, что можно взять примером для себя, для будущего. Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка называет словом «уклад» «устройство, учреждение, устав, порядок». Этим словом можно назвать и внутреннее устройство семьи, то на чем она держится.

Цель моего исследования – изучить  уклад крестьянской семьи сто лет назад на примере семьи Кончиковых из д. Дорки Березниковской волости, которая жила там с начала 19 по 60 –е годы 20 века.  Имела много родственников, с которыми поддерживала отношения. По воспоминаниям старожилов, ничем особенным не выделялась, т.е. семью можно считать типичной для нашего края. . Сейчас связей с деревней не поддерживают

В школьном музее хранятся 106 писем этой семьи с 1906 по 1969 годы.

Александр Иванович Кончиков  адресат большинства писем, родился в 1886 г. в д. Дорки, в семье Ивана Ивановича и Ольги Мироновны. 

Женился в 1910 г. на Серафиме Константиновне Горевой, 1886 г. рождения, из д. Туксаново. У них было трое детей: Зинаида, Михаил, Борис.

Умер в 1956 г., похоронен на кладбище в д. Новосёлка-Зюзино, как и его жена, умершая в 1961 г.

Начну я с хозяйственного уклада. Доходы семьи состояли из двух частей: деревенское хозяйство и отходничество.

Крестьянское хозяйство семьи Кончиковых было крепким. Сеяли лён, картофель, рожь, овёс, пшеницу. Сажали огурцы и другие овощи. Держали 3 коров, овец, свиней, 2 лошадей. Земля была в Дорках и в Прудище. Имели даже «котёл для грения воды». Были и трудности. В 1910 году болели коровы, у соседа сдохла лошадь, «теперь без лошади, пашня пахали помочью». Очень тревожили семью слухи о беспорядках. «Урожай плохой… только надо убрать куда-нибудь подальше. Я советую вырыть яму вроде погреба, обнести стенками, потом завалить… только чтобы никто не знал и это, по-моему, нужно сделать обязательно, потому что действительно будут грабить друг друга, голод заставит». Продавали картофель. Женщины ткали полотно на продажу.

Как многие в то время, молодые мужчины уезжали на заработки в город. Установлено, что трудились А. И. Кончиков и его братья в виноторговле Черепенникова в Петербурге. 1912 году Кончиков работал на складе при магазине. Видимо, при магазине и жил. Был он на хорошем счету, поскольку после длительных отлучек легко поступал в ту же фирму.

Четкого порядка в распределении денег не было. Решался этот вопрос совместно. «Затем, Сима, я писал в дом на счет скотной избы и для грения воды купить котел, но мне отписали, что скотная изба пока стоит, а котел летом купить хотят, а ты, Сима, опиши, что они еще говорили относительно этого». Женщины самостоятельно распоряжались доходами от своих подработок. «…тем более, что и тебе была льняная доля, как ты писала, больше пуда».

Питались со своего хозяйства, а вот одежду молодые члены семьи предпочитали покупать. В письмах постоянно упоминаются различные предметы одежды (более 40 раз). Можно сделать вывод, что семья стремилась одеться по городской моде, но денег зря не тратили, нижнее бельё и портянки присылали  из деревни. Если судить по фотографии, вложенной в одно из писем, А. И. Кончиков одевался типично для небогатого мещанина или мастерового. Среди городских покупок для женщин упоминается платье модного фасона «гейша», кружевной шарф, мази для ухода за кожей и волосами. «Сима, ты пишешь, что опять обедняла деньгами, а послать многого не могу, а что касается на счет гейши, это беру в обязанность и непременно нужно сделать и опиши, сколько будет стоить. Затем, Сима, я писал брату Петру Ивановичу, что бы он мне прислал мерку с ноги, как и ты меряла свою ногу и номер летних галош, притом еще писал на счет фуражки».

Родственные связи были очень крепкими. В письмах упоминаются крестные, двоюродные братья, дяди и тети, сваты и сватьи и более дальние родственники. Активно помогают деньгами, передают посылки, подарки.  Каждое письмо начинается с благословения и поклонов: «Любезной моей супруге Серафиме Константиновне от супруга твоего Александра Ивановича. Посылаю я тебе своё супружеское почтение и с любовью низкий поклон, с пожеланием быть здоровой… получил я от тебя письмо … за что сердечно благодарю». Сима иногда обижается на мужа  за невнимание и долгую разлуку. Александр старается отвечать сдержанно и разумно: «но что же и кого же винить, приходиться и с этим мириться и жизнь наша так складывается, что… в этом друг друга винить нельзя, а там опять твоя добрая воля» .

Интересно смотреть, как нелегко юная Сима (19 лет) входит в многочисленную семью мужа, как беспокоится она о муже, детях и братьях. «Она у нас живёт по-хорошему,… она послушна на всяко дело,… она не глупая и мы ей очень довольны».

Можно отметить, что отношения мужчин и женщин уже современные, а не традиционные. Нет единоличного главенства старшего мужчины. Муж советуется с женой, спорит.

Интересно, что к детям тоже обращения как к взрослым: «Любезным моим детям Зине и Мише от папы вашего Александра Ивановича посылаю я им свое благословление и по низкому поклону с пожеланием, желаю быть здравыми».

отношения между старшими и младшими членами семьи вполне уважительные с обеих сторон. «Любезному нашему сыну Александру Ивановичу от родителей ваших тятиньки Ивана Ивановича а так же и маминьки Ольги Мироновны. Посылаем мы тебе наше родительское благословение которое может существовать по гроб вашей жизни и еще посылаем по низкому поклону. Любезному моему племяннику Александру Ивановичу от тетиньки вашей Полагеи Ивановны посылаю я тебе низкий поклон и желаю быть здоровому навсегда».

Глава семьи, Иван Иванович Кончиков не чуждался выпивки, причем иногда это сильно огорчало родных и они напоминали друг другу о необходимости «присматривать за тятенькой».

А вот с другой ветвью Кончиковых, отделившейся в нач. 19 в., отношения к нач. 20., уже ослабели, они не упоминаются.

Из писем вырисовывается портрет дружной и крепкой семьи все трудности и размолвки преодолевающей с терпением и юмором. «Нынче будем пахать на паре, буду приучать 2 дурачков» Петра да жеребца, придётся только провозиться». «Нынче с приданым [невест] дают, но, конечно, приданое деньги, а то приданое природное, это составляет 2 приданых, так и не о чём тужить. Только бы до осени дожить, да за здоровье отслужить» .

Очень крепкими были связи по землячеству. В письмах часто упоминаются встречи с деревенскими знакомыми в Питере. Знакомые почти всегда называются не по фамилии, а по деревне. «Василий Землевский», «Александр Михайлович Волосовский» и т.п. Отношения поддерживаются на протяжении долгого времени, переходят от старшего поколения, новых, коротких связей нет.

Даже в городе стараются не забывать деревенские традиции, часто смешивая их с городскими. Вот описание свадьбы в Петербурге. По тексту можно увидеть  совмещение деревенских и городских обычаев.

«1910 года мая 17 дня. Многоуважаемому братцу Александру Ивановичу от брата и сестры Ваших Александра Дмитрича и Екатерины Степановны посылаем мы тебе с любовью низкий поклон и желаем быть здоровому. Свадьба у нас была 9-го,  мая в 5 часов вечера было венчание у Знаменья. Поп взял с нас 11 рублей. На свадьбе присутствовали дядинька Лука, тетенька Анна была за мать крестную. Мой крестный Петр Васильевич. Лешка был шафером старшим. Свадьбу провели очень весело. Гармонист был, а танцевали очень мало. Никто не умеет. Только мы с Петром Петровичем две песни сходили деревенские. Дуня тоже была у нас на свадьбе. Спрашивала про тебя. Лешка увлекся Олей, даже остался ночевать.

У нас на свадьбе гостей было человек 30. Свадебка заглянула в карман, истратили денег около ста рублей.

В самой большой комнате были столы, а  поменьше в другой комнате танцевали по всякому. Мы по-ярославски, кто польку, а кто и русского вприсядку.

Все-таки, братан, слава богу, обошлось по-хорошему.  Только одно сожалею, что тебя не было. Александр Алексеич тоже вспоминал тебя, ты ему понравился.

До свидания, дорогой брат. Спасибо, что не забыл нас».

Семью нельзя назвать очень религиозной, служба в церкви упоминается всего в одном письме (1914 г.), но праздники Рождества, Пасхи, Казанской Божьей Матери, Сергия Радонежского, Симеонов день отмечали. «…теперь будем праздник праздновать, к нам Саша в гости пожалуйте в Казанскую, мы бы вас встретили с великой радостью как в Симеонов день». Имя Божье часто приводится как утешение и призыв к терпению. «Покуда бог несет наше родное семейство все слава богу и ты не сомневайся о доме». «…но буду рассчитывать на Господа Бога и тебе об этом беспокоиться не надо».

Таким образом, на основе проделанной работы можно сделать выводы, что уклад трудовой семьи Кончиковых в начале 20 в. соответствует укладу  сложной семьи, когда к семейному ядру добавляются другие родственники как по восходящей линии (прародители, прапрародители), так и по боковым линиям (различные родственники каждого из супругов). Она соединяет в себе особенности традиционной крестьянской семьи (календарь по религиозным праздникам,  оформление отношений на письме, прочность и обширность многопоколенных связей, распределение обязанностей, празднование свадьбы, равнодушие к политике) и элементы нового городского быта (одежда, более свободные отношения старших и младших).

Сегодня мы можем в деревне видеть продолжение и развитие этого совмещения крестьянского и городского уклада.